Крах доллара и как извлечь из него выгоду.

Глава 12. Великий «короткий сквиз» Центрального банка.

Время после краха фондовых рынков, случившегося в октябре 1987 года, было хаотичным. Рынок только что испытал тяжелейший в истории однодневный спад; доллар находился в состоянии свободного падения по отношению к другим основным валютам, а золото поднялось до цены 506 долларов за унцию ($16,27/гг.), самого высокого курса за последние шесть лет, что вполне закономерно. Однако торжество золота было недолгим, так как федеральное правительство срочно выбросило на рынок 525 тыс. унций из своего золотого запаса, которые, будучи проданными в течение следующих нескольких недель, помогли если не вернуть полностью статус-кво, то хотя бы снизить курс драгоценного металла до уровня менее 500 долларов за унцию ($16,01/гг.). Это была крупнейшая интервенция Вашингтона на золотом рынке с 1970-х годов, а выбор времени и ее размеры позволяют предположить, что целью было остановить победное шествие золота. В то же время тот факт, что в официальных кругах почти не упоминали о действиях министерства финансов (просто в еженедельном балансовом отчете Федерального резервного банка появилась цифра, обозначавшая соответствующее сокращение золотого запаса США), подразумевалось желание не привлекать к этому эпизоду слишком большое внимание.

В качестве единовременной реакции на крах фондового рынка ту интервенцию если не оправдать, то понять еще можно. Однако то было не единичное событие. Напротив, она положила начало определенному шаблону, который в последние годы стал проявляться еще более отчетливо. Теперь существуют неопровержимые доказательства того, что министерство финансов США и центральные банки мира используют свои внушительные золотые запасы для поддержания искусственно низкого обменного курса золота. Поступая, таким образом, они ни в коем случае не могут быть гарантированны от кошмара — мощного «короткого сквиза», то есть ситуации, в которой те, кто играет на понижение, вынуждены покупать золото по высокому курсу из опасения еще большего роста.

Центральный банк — это финансовое учреждение, получившее от правительства монопольное право регулировать денежную массу страны, находящуюся в обращении. Во времена классического золотого стандарта такая роль была в основном пассивной, наилучшим примером чего является Английский банк, который просто-напросто гарантировал соблюдение правил золотого стандарта тем, что по первому требованию обменивал бумажные фунты на золото. Это свойство погашения поддерживало баланс между количеством золота в хранилищах банка и количеством заменителей денег в обращении. Золото являлось бессменным мерилом стоимости, и валюты определялись по весу этого металла. Такая система действовала до 1971 года, когда президент Никсон разорвал формальную привязку доллара к золоту в ответ на растущие требования к золотому резерву США, который таял чуть ли не на глазах.

С того времени пассивная поддерживающая роль центральных банков, когда валюта оценивалась по отношению к золоту, сменилась на свое зеркальное отражение. Это значит, что центральные банки стали определять золото по отношению к доллару. Поскольку все бумажные деньги обесцениваются, манипулирование золотом в действительности означает контроль его обменного курса. По меньшей мере с 1987 года накопилось предостаточно доказательств, что центральные банки мира исподтишка поддерживают свои собственные валюты путем занижения обменного курса золота. Одна из таких тайных интервенций состоялась в пятницу, 11 апреля 1997 года. Вот что несколько дней спустя написал Джеймс:

«Из опубликованного тем утром индекса цен производителей явствует, что он вырос на 0,4%, далеко превзойдя ожидания и значительно выйдя за рамки недавней тенденции. 11 апреля началось с относительно твердой позиции на рынке золота и других драгоценных металлов. После тою как был опубликован индекс цен производителей, случились две вещи. Как и следовало ожидать при увеличении инфляции, цена на золото начало расти, а курс тридцатилетних казначейских облигаций начал резко снижаться. Однако эти тенденции просуществовали недолго. Создалось впечатление, что на рынке появилась и стала действовать какая-то мощная сила.

Когда курс золота начал подниматься, кто-то попытался сбить его, и делал это весьма энергично.

Во-первых, биржевые маклеры, которые занимали длинные позиции по золоту, быстро распознали масштаб продажи, и поэтому они включились в этот процесс, продавая свои длинные позиции и перескакивая на короткую сторону. Эта продажа привнесла дополнительное давление на рынок, что, в свою очередь, вызвало стоны и продажи другими маклерами длинных позиций. К этому времени на короткую сторону перешли хеджинговые фонды и товарные пулы, и, несмотря на многообещающее начало, золотой рынок начал сдаваться. К концу дня его курс упал на 1 доллар 60 центов и не достиг своего худшего показателя только потому, что маклеры, игравшие на понижение, обеспечили покрытие (та есть перекрыли) в конце дня».

Что это за мощная сила, которая намертво остановила победное шествие золота? Исследования, проведенные одним из авторов данной книги, Джеймсом Терком, и сведения, полученные от нескольких друзей из GATA (антитрестовского комитета по золоту) и различных союзников GATA, позволили дать исчерпывающий ответ на этот вопрос. Как и в 1987 году, инициатором этой акции выступило министерство финансов Соединенных Штатов, действовавшее в согласии с другими центральными банками мира. Доказательства настолько объемны и сложны, что их нельзя привести полностью в книге (подробности доступны по следующим адресам: www.data.org и www.Fgmr.com), однако читателям предоставляется возможность ознакомится с некоторыми основными моментами.

По следом, оставленным руководителями центральных банков

1. Гринспен говорит нам о том, что должно произойти. 24 июля 1998 года, выступая с показаниями перед комитетом палаты представителей по банковским делам, председатель Федерального резервного банка Алан Гринспен сказал: «Центральные банки готовы к лизингу (то есть ссуживанию) золота в возрастающих количествах, в случае если его цена будет расти». Мистер Гринспен не только описал средства, при помощи которых центральные банки влияют на обменный курс золота, но и четко обозначил их цель.

2. Выбрасывание на рынок большого количества золота центральными банками. В мае 1999 года Английский банк объявил о намерении избавиться от половины своего золотого запаса. Помимо странного выбора момента для продажи, когда обменный курс находился на довольно низком уровне, тот факт, что Английский банк объявил о продаже заранее, похоже, гарантировал самую низкую цену его золоту. Такой результат явно никак не мог быть в интересах народа Великобритании. Подумайте об этом. Неужели Уоррен Баффет объявляет заранее, когда он намеревается продать акции? Разумеется, нет, потому что это могло предупредить других игроков и акции упали бы в цене. Поэтому кажется вполне очевидным, что заявление Английского банка было продиктовано иной причиной, которая в ретроспективе кажется вполне понятной. Английский банк пытался извлечь дополнительный психологический эффект, надеясь убедить участников рынка также продать часть своего золота.

3. Валютный стабилизационный фонд как проводник правительственной валютной политики. 9 апреля 2000 года сотрудник GATA Пер Хауи опубликовал статью «Валютный стабилизационный фонд и золото: прошлое как пролог?», в которой приводились поразительные факты о ВСФ, параправительственной организации, которая подчинялась только президенту и министру финансов. Созданный после конфискации золота, осуществленной в 1933 году, и финансируемый за счет прибылей от бумажных денег, полученных в результате девальвации доллара по отношению к золоту, проведенной в 1934 году, ВСФ окутан тайной. Бу- дучи исключительным владением исполнительной ветви власти, он практически находится вне контроля конгресса. Хауи отметил, что в ежеквартальных отчетах ВСФ конгрессу отмечались необъяснимые убытки в моменты повышения курса золота, а прибыли зарабатывались тогда, когда курс золота падал. Это обстоятельство вызывало любопытство, поскольку министерство финансов, как в публичных заявлениях, так и в ответах на различные запросы, утверждало, что не проводит никаких интервенций на рынках иностранной валюты. Как заявил Хауи, «не существовало никаких других очевидных причин, которые могли бы объяснить эти убытки». Его вывод: ВСФ осуществлял интервенции на рынке золота.

4. Дымящийся револьвер. В декабре 2000 года Джеймс Терк обнаружил, что можно раздобыть неопровержимые доказательства интервенции американского правительства на золотом рынке из его собственных документов, предназначенных для общественного пользования. Не вдаваясь здесь в подробные расчеты (их можно получить на сайте: www.fgmr.com, ссылка «The Smoking Gun»), достаточно сказать, что в правительственных отчетах выявляется расхождение в один миллион унций золота из-за операций, предпринятых ВСФ. Хотя это явилось одним из наиболее значительных расхождений, таковые случались месяц за месяцем. Другими словами, в противоположность тому, что правительство США говорило миру, оно в действительности осуществляло широкомасштабные интервенции на золотом рынке.

5. Федеральный резервный банк переписывает историю. Предав гласности результаты своих исследований, Джеймс Терк поинтересовался, как министерство финансов объяснит это расхождение между деятельностью ВСФ на рынке золота и предыдущими заявлениями министерства финансов по поводу того, что ни оно само, ни ВСФ не занимается продажей золота. Ответ последовал быстро. В феврале 2001 года Федеральный резервный банк начал заметать следы. Он не только перестал делать какие-либо ссылки на ВСФ в своих последующих отчетах о резервных активах США, но даже вернулся назад, внеся правки в уже опубликованные отчеты. Причем были изменены не только цифры, но и выброшены все предыдущие ссылки на ВСФ.

6. Федеральный резервный банк снова переписывает историю. В начале 2001 года Федеральный резервный банк выпустил протоколы заседаний своего комитета открытого рынка за 1995 год. Их отредактировали, так что часть заседаний осталась засекреченной. Однако в стенограмме заседания за 31 января 1995 года кто-то забыл вычеркнуть несколько очень откровенных слов о ВСФ и его операциях с золотом. Вот что было сказано:

М-р Мэттингли: «Абсолютно ясно, что ВСФ обладает должными полномочиями для осуществления донных операций. Я не думаю, что в этом смысле существуют какие-либо правовые проблемы. Статус ВСФ имеет очень широкое толкование, в частности относительно кредита он предусматривал такие вещи, как золотые свопы, а это означает большую власть».

Предстоящий «короткий сквиз» — скупка золота по высокому курсу, чтобы не допустить еще большего его роста. Вопрос, который мы еще не задавали, заключается в следующем: почему вообще центральные банки должна беспокоить такая проблема, как обменный курс золота? А вот почему: золото — это деньги, это одно из мерил, которым оцениваются мировые валюты и центральные банки, которые ими управляют. Если обменный курс золота низок по отношению к доллару и евро, создается впечатление, что центральные банки хорошо делают свое дело — сдерживают рост инфляции и поддерживают высокий курс своих бумажных денег. Поэтому, вне сомнения, мотивы, которыми руководствуются центральные банки, частично состоят в том, чтобы держать обменные курсы на приемлемых уровнях за счет занижения стоимости золота, тем самым придавая своим валютам и себе вполне благопристойный вид.

Почему же манипуляция Центрального банка может вызвать радикальное изменение обменного курса золота? Обратимся еще раз к главе 8, в которой объясняется, как центральные банки дают свое золото в долг частным банкам, торгующим слитками, которые затем продают его на открытом рынке. Поскольку частные банки обещали вернуть одолженное золото центральным банкам, для них низкий курс золота выгоден. То есть в будущем они обязаны купить золото, чтобы отдать его центральным банкам. Таким образом, банки, ведущие операции с золотом, извлекают выгоду, когда золото дешевое, и несут убытки, потенциально очень серьезные, когда оно поднимается в цене.

По оценке Джеймса Терка, центральные банки ссудили по меньшей мере двенадцать тысяч тонн золота — или 385,8 млн. унций. Это почти в пять раз больше, чем годовое производство золота, которое оценивается в 160 млрд. долларов по обменному курсу на начало 2004 года. Если банки, занимающиеся подобными операциями, одолжили это золото по средней цене в 350 долларов за унцию ($11,25/гг.), а затем курс золота поднялся до 400 долларов за унцию ($ 12,86/гг.) (для ясности не будем переводить эти расчеты в евро), то их потери составят сумму, равную произведению 50 долларов на 385,8 млн. унций — или 19 млрд. долларов. Если же банки взяли золото в кредит по цене в 300 долларов за унцию ($9,64/гг.), то потери составят уже 38 млрд. долларов, чего вполне достаточно, чтобы привести к банкротству нескольких наиболее агрессивных игроков.

Когда стоимость приобретаемого золота начинает расти, частные банки, которым вся эта вышеприведенная математика давно знакома (всем без исключения), начинают стремиться к сокращению убытков путем массового закрытия своих коротких позиций, то есть обратной скупки собственного золота. Результатом будет классический «короткий сквиз», ситуация, когда все пытаются купить золото одновременно и его обменный курс растет как на дрожжах.

<< предыдущая  |  следующая >>

Оглавление